"Этот нам нужен!"- проговорил требовательно с непонятным акцентом незнакомый мужик. Он нагло протянул свои руки попробовав забрать Скутти. Мрачная мужская группа среднего возраста окружила нас в центре поселения второй экспедиции. Скутти тут же сложился у серегиных ног в плоский комплект для заезда в пенал.
"Так, граждане, кто тут у вас старший? И, прошу без нервов, держите руки по швам! Блин!"- проговорил Валера ровным внятным голосом. Реакция толпы оказалась неровной. Наглый мужик резковато дернул головой, пытаясь выразить недовольство и несогласие, но остальная братия прижали руки вдоль бедер, а некоторые и вовсе отступили на шаг. Загодя мы с Серёгой демонстративно приподняли тизеры на уровень груди. Этого оказалось достаточно. Командиру нашему не пришлось брать в руки пистолет.
Дерганный индивид невнятно пробурчал нечто, раздвинул своих собратьев и простеньким аллюром, мелкими шагами засеменил в сторону створа пещеры, где ранее располагался ангар роботов. Как только он скрылся в проёме оттуда раздался протяжный сигнал похожий на сирену и его собратья организовано двинулись в том же направлении явно поспешая и мгновенно забыв о нас.
Скутти выправился в рабочую конструкцию не ожидая нашей команды. В отсутствии местных взрослых к нему тут же потянулась детвора игравшая до этого на трех площадках для малолеток обустроенных песочницами, горками, качелями и мостиками. Из домов появились женщины одетые в сарафаны или юбки с легкими блузками, обутые в светлые босоножки. Озабоченные, но с заметным любопытством они потянулись к нам по ходу перекдываясь короткими фразами с тем же удивительным акцентом, которым отметился ранее нервный мужик. В минуты они целиком заполонили открытое пространство вокруг нас. Как настоящий вождь Валера, медленно, как башней, поводил своей головой. Серегин взгляд пристально, как лазер, по очереди вперивался в каждое лицо незнакомых фемин обмеряя и оценивая каждую из них по собственной шкале неубиваемого механника..
Я, а что я!? Я просто офанарел, ибо карандаш мой ничего бы тут не успел начиркать, а смотреть было на что!
"Мы вас давно ждали!"- сказала одна из них приблизившись. "Мама в детстве рассказывала нам о вас и показывала мне на Вторую Луну, говорила, что там ваш корабль!"- поддержала ее еще одна, а другие кивали головками с оживленными и даже возбужденными свежими личиками молодых мамаш выражая согласие и общее
участие. Они осматривали всех троих, но разговаривая обращались только к Валере слегка изгибая свои, чистые шейки назад.
Валера же превратился во внимательный и озадаченный монумент, Серега намертво закусил свой ус и тогда, чтобы придать живости нашему общению вступил я:"Мы пришли к вам с миром!"- это все, что пришло на язык из глубин более чем полуторавекой памяти.
Женщины легко засмеялись, Сергей присоединился к ним со своим "хихихи" и сие также оживило Валеру.
"Блин, да, кто же вы такие? Что тут случилось пока нас не было? Где роботы? Где Михаил, Ольга и остальные? Как вы тут живёте? Знаете ли вы Дашу?"
Молодухи быстро и разом заговорили между собой на непонятном языке, оставляя нам удовольствие наблюдать небывалую здесь доселе взрослую человеческую активность на небесном теле, на планете S23Ultra.
Оживленность женского отряда пробила непомерный градиент для этого внеземного человечества.
Выговорившись, наиболее активная вновь обратилась к Валере, уже на нашем языке:"Приходите в красный дом на чай, там и поговорим!" Она повела рукой и в нашу с Серёгой сторону, давая понять, что приглашение касается и нас с ним.
Скутти же непереставая играл с детьми в догонялки. Один из малышей ухватился за поручень, но не справившись со скоростью, упал. Наш металический механизм угодник закружил вокруг и поняв, что обошлось без травм, прекратил догонялки, а вместо этого стал по очереди катать детей по обширному двору. Зная, что Скутти не устанет и не сломится, мы оставили его детям , а сами последовали за девицами, которые вновь загомонили по пути, к свежему для нас, обширному и угловатому строению цвета красного кирпича возведенного в центре поселения.
Обнажённые женские ножки в юбках легко топоча мелькали в моих глазах, а легкие, стройные фигуры в сарафанах невесомо левитировали над каменной поверхностью поколыхивая свободными покроями на точенных телесах. Фимиам молодых тел, флер привнесенных ароматов голубого лотоса акватического характера на безводной пустоши, шелест лёгких одежд, веяния ярких причёсок и распущенных волос , совершенно расскрепощенный гомон голосов колоритных девичьих тембров, абсолютно реальных и сполна ощущаемых проникли и пошевелили глыбь моей памяти, растопили каменную твердь под моими ступнями, поплыл и горизонт..
От позора спасли крепкие руки верных друзей вовремя подхвативших тело летописца. Они практически донесли и усадили меня за стол между собой укрепив мою позицию своими могучими плечами. Впрочем контроль над телом уже возвратился, а вот поток видений останавливать совсем не хотелось. Вон та молодка с противоположной стороны огромного круглого стола, что распоряжалась расстановкой приборов, со строгим чистым смуглым лицом гречанки и внимательными голубыми глазами ивановской ткачихи, враз оживила картинку из приазовских степей. В шестнадцать (!!!) моих земных лет там проходил городской чемпионат по спортивному ориентированию. В сотне километрах меж Мариуполем/Ждановым и Запорожьем, у скального основания европейской плиты носились мы с компасами и картами наперегонки по ложбинам подсыхающих ручьев, зарослям золотистого ковыля, прыгая по плитам "каменных могил" национального заповедника соперничали со взрослыми заводскими и районными клубами своей школьной командой под опекой азовстальского шефа. Жара и азарт доводили наши бедренные мышцы до тотальных судорог, иссушали горло и лёгкие, случались моменты отчаяния при пропуске контрольных точек. Высоченное донбасское небо над неохватным простором южных прерий вдали от стальных заводских громад и бетонно- кирпичного многоэтажья города, лёгкая кокафония травяных обитателей кузнечиков, цикад, редкий свист сусликов, долгое пение жаворонков в голубой выси, волнение трав, тонкая мелодия легких ветров, победные крики на финише, дробь пионерских барабанов, шум древесных костров, звон котлов, мисок, кружек и, да... там стояла именно такая городская дивчина из заводчан в бордовой блузке плотно удерживающей ее жиночьи телесные наполнения не скрывая при этом красивых рук... наверное тогда мой рот был открыт, а взгляд уперившийся, ибо она поймав его не засмеялась, но деликатно отвела свой, не желая травмировать незрелое, уязвимое и безобидное существо моё.. все же ей был уже твёрдый двадцатник.
Видение то длилось считанные минуты, хотя и на лавках грузовика по обратной дороге удавалось несколько раз рассмотреть и удостовериться, не обманула ли меня ее краса и обаяние.. ни разу не обманула, потому и осталась, как впаяная, в моей нейронной плато долгой памяти. Вечной, как оказалось, ибо реально шёл к концу второй век теперь уже неземной моей жизни.
Роскошная аура накатила и на моих друганов мастодонтов. Уши и щеки этих замшелых хомидов пылали и жар от них доходил до моего, бледного лика с отхлынувшей кровью.
"Ольго или Ольги'но, но вы можете звать меня Олей!"- представилась самая активная, когда стаканы расставили, чайники опростали и ложечки полегли на блюдцах.
"Нас в классах растили на эсперанто и имена при рождении давали тоже на нём, но дома родители говорили на родном языке!"
Мы посмотрели друг на друга и затянули паузу принявшись за чай.
Чай был хорош и это был чай, впрочем, возможно, нам просто хотелось так думать!
Девицы также взялись прихлебывать горячее питие краснея щеками, распушаясь устами и млея глазами! Или так мне это казалось и карандаш мой так мне повиновался.
Хороши они были! Все до одной, хоть и разнились преизрядно.
......
Планета S23ultra
Прошло еще полвека земных.
Мы проснулись
"Оля, нам не нужны сенсации, мы хотим совершить открытие, блин!"- спокойно, как бы, по-отечески, Валера остановил тогда насмешливую активистку воспрявшего сообщества Экспедиции номер два. Это было единственный момент нашего живого общения с ними, когда ушли роботы, а люди стали приходить в себя. Возможно потому то, неведомые силы принудительно перенесли нас тогда через грохочущие подземелья на другую сторону хребта.
Впрочем, нам это было, как говаривал десятилетий внук, "пофиг", и беседовали мы с ней "по приколу". Мы никогда не забудем состояние этих экспедиционных "гениев" в период доминации над ними роботов!
Кажется мы просыпаемся, раз
я вспомнил этот эпизод:
"Просыпаемся!!! Неужели уже прошло полста земных лет?! Какая была эта Ольга на Земле? В красном бикини, на пляже, наверняка, чисто "бомба"! Парни вокруг нее подтягивали животы, спрямляли спины, поднимали подбородки, гормоны разогревались, а она, и это без сомнения, смотрела на самцов сверху и снисходительно!" "Бойцы, кто остался в живых?!"- с эхом громкий голос командира дополнительно подтвердил процесс пробуждения.
" Сейчас, встаем!"- пришёл хрипловатый ответ от Сергей Борисовича и я точно знаю, глаза его ещё оставались закрытыми, а лежал он на спине.
Спустя полчаса места вокруг стола приняли своих сидельцев. Проминая шейные позвонки, помахивая руками, совершив ряд приседаний, осматривая друг друга от макушки до пят мы возвращали себя из полувековой летаргии.
Похудевшие, посвежевшие, в очередной раз помолодевшие, теперь уже двухсотлетние с лёгким головокружением и, очевидным, недоумением входили мы заново все в ту же жизнь!
Память светлела и ее непомерный объём опять начал оказывать непосильное давление:"Зачем это нам? Что нам тут делать?! На кой ляд это здоровье в запертом пространстве, но, возможно, это происходило только со мной!"
"Василь, на тебе лица нет, ты только что был бодрячком с молодецким румянцем?"- командир смотрел на меня озабочено, а вот свежесть его лица никуда не делась. Мы выспались! Обременять друзей своей рефлексией не хотелось.
Смотрю на него, а он, как и Валера свежим огурчиком восседает!
Я:"Да, так, такова доля летописца! Память тяготит и бередит! Честно сказать, трепанация не помешала бы! Вычерпать бы оттуда ложками все нелёгкое прошлое и мы с таким здоровьем могли бы еще за девушками на Земле побегать! Пофлиртовать! Детей зачать, понянчиться, как в первый раз!"
"Н-дас!"- пришло от Сергея Борисовича.
"А почему Ольга? Что не так с Дашкой, блин?!"- это от Валеры.
Я:"Ольга, просто побочный эффект! Она пришла на ум с думами о нашей общей идее, как повернуть время вспять! Правда тут же привиделась в купальнике на морском берегу! Что касаемо Дашки, на ней мой крест по жизни стоит!"
"А могла бы печать! Хихихи!"- это Серёга. Хорошо мы просыпаемся!
"Почему кресто-то, нафиг?"- Валера не успокаивается.
Я:" С Дашкой все просто! Она навсегда в моей памяти косолапая, сутулая, прокуренная и закомплексованная, как мальчик подросток! Все остальное, это неведомые чудеса неземные. Как, впрочем, и у нас с вами! Ты лучше расскажи, что у тебя с Сереной, Сереной Первой произошло?!"
Вот тут, мой читатель, нужна большая пауза!
Прошло еще не одно столетие, живой мой мозг продолжает жить в физрастворе в кунсткамере на васильевском острове и его по-прежнему продолжают терзать сомнения, а стоило ли мне задавать этот вопрос Валере?
Командира тогда замкнуло! Огромные плечи его опустились, веки закрылись, руки на столе сцепились пальцами!
Нам с Серёгой оставалось только созерцать его огромное, монументальное, обездвижевшее тело!
В затянувшейся тишине наши веки тоже потяжелели и сон начал возвращаться!
Ноги потеплели, головы склонились, Серёга даже всхрапнул негромко!
Глубокий вздох Валеры с внятным голосом:"Не сегодня, пацаны!"- затем его весомые шаги по кают-компании, звяканье кофейником вернули нас к жизни, но Валера теперь поменялся и это осталось с ним навсегда.
Отменив Серену, отзавтракав, поикав и почистив зубы, я думал мы вернемся к былой идее о повороте времени вспять и возвращении на Землю именно в то время, из которого мы улетели!
Продвинутые читатели давно поняли, что я в бреду. Попытка вернуться домой из другой галактики приведёт нас назад на миллионы лет постаревшую нашу планету, где океан, возможно, непрерывно парит и пахнет серой, живые организмы сохранились только анаэробной, микроскопической формеI на подземных глубинах в тысячу и более метров. Подготовленных мест пригодных для приземления корабля нет.
Но это, дорогие мои, примитивное, линейное, четырехмерное мышление.
Раз уж мы добрались сюда, нам и дано теперь понять, что мир не так то прост а то, что нам давали из учебников Ландсберга осталось теперь в эпохе, которая только только отошла от удивления, что Земля наша совсем не плоская и не плавает на китах, а висит "ниначём" в открытом космосе.
Мой друган Вилл уже тогда уверял меня, что твёрдой материи не существует, "все это всего лишь микроколебания"! На вопрос:"А колебания чего?" -у него ответа не было.
Когда то сильное удивление пришло с новостями в журнале о "науке и жизни" на скамейке у домика в Посьете о том, что нейтрино пролетает со скоростью света без сопротивления насквозь через всю нашу тектоническую и ядерную твердь и расплав с магмой, а также какой огромный радиус у орбиты электронов относительно ядра атома, но сильнее всего меня ошарашила плоская и тонкая форма Млечного пути, нашей Галактики, которая летит раскрученным светлым блином по Вселенной со скоростью 600 километров в секунду, а края ее болтаются! Вот тогда то и начало приходить озарение о концепции временного вектора, возможного изгиба пространства, а раз так, то и перспективы путешествия по эпохам в любом направлении. Впрочем тут же и агностицизм нарисовался. Озарений может быть сколько угодно, но конкретных знаний у человечества всегда будет очень и очень мало, какими бы открытиями мы его не обогащали. Масштабы и казусность реального Мира остаются абсолютно непомерными для нашего ума и нам остаётся только тешиться теми "великими" открытиями, которые мы совершаем в висинити космического тела предоставленного нам для проживания. Космическая пылинка, таков есть его масштаб и нас там даже не видно".
Сделав эту запись, решил не грузить своих друзей понятием о гравитационнной массе известной нам Вселенной! Им это было сейчас совсем ненужно! Валера включил голограмму с песней "расцветай под солнцем Грузия моя" и между нами во воздухе появились душевные хрипловатые певцы и певички. Растроганный Серега стал внимательно рассматривать их и концертный антураж из эпохи, которую потом более столетия полоскали смурные, панихидные мизантропы. Следом моим друзьям спел Марк Бернес про Одессу и кефали, затем девушка Халид про "девушку из Нагасаки". Я попросил "may be I, may be you", но не в исполнении "скорпионс", а более лиричного Антонио Бандераса. Долго мы слушали разные песни. Позднее, за чаем, вспоминали про маленького принца, старика и море, пьяницу уборщицу из "трех товарищей" Ремарка, хорошо прошлись по фрагментам гайдаевского "Иван Васильевича..", профессора Преображенского с Шариковым и Швондером, но вот Робинзон Крузо зашёл лучше всего. Я им рассказал о второй книге, где Дэфо сделал Робинзона успешным дельцом, потом вдовцом, который попробовал вернуться на остров за своим Пятницей. Там было много приключений на океанах, а вот возвращение в Англию у него получилось по суше из Сингапура, через Китай и Россию с зимовкой у ссыльного князя в Нерчинске. Удивил их, как и сам удивился когда-то, а вот наше проживание на S23ultra в другой галактике нас совсем не удивляло. Надоело, право!
Последнюю чашку пили молча. Спать совсем не хотелось. Последние пятьдесят лет прошли беспробудно!
Что там с Дашкой, с этой Ольгой?
Чем нам тут теперь заниматься?
Потихоньку на поверхность стало подниматься глубинное сознание. Голова стала лёгкой. Нас кто-то здесь ведёт по этой жизни, что-то да произойдёт. Займёмся пока хотя бы живописью, как Андрей Тишанинов когда-то. Вдруг да, получиться!)