Почему Эсперанто?!
«Почему Эсперанто?!»- спросил Сергей Борисович в разгаре долгих разговоров во время этого чаепития.
«Это «Они» убедили наших родителей отказаться от родного языка!»- ответила ОльгинО000.
«Они?!»- хором вопросило наше трио!
«Да, Они! Они считают, что Земляне крайне ограниченные существа. Земная цивилизация привела собственное развитие в опасный тупик. Люди, несмотря на свое единое происхождение, на общий генотип, на единый биологический вид, общую среду обитания крайне разделены, разобщены, враждебны между собой. Их учения, верования, сословности, одержимости, склонности к глобальному манипулированию..»- она бы продолжила, но Валера мотнул головой и поднял руку. «Мне бы помедленнее или попонятнее!»-читалось на его лице и Оля-Ольгино не сдержавшись хохотнула оборвав свою затянувшуюся тираду, а мне еще одно де-жавю случилось: «Да, кто же это сдирает так дословно?» И, тут же в душе прошла теплая волна:»Достучался таки! Прошло пол столетия и прилетело в другую Галактику, уже к совсем неземному, еще совсем маленькому, но человечеству! Вот только кто же эти самые Они?»
В этот вечер было много откровений для нас. Девчушки случились не просто красавицами. Они наперебой рассказали нам о своих мужьях, детях, родителях, о работе мужчин в пещерных и шахтных фабриках, о своих личных планах и идеях, о том как жить здесь дальше.
Милые создания пробовали задавать вопросы и нам, о нашем личном прошлом, о домашних животных, о возрасте, о детях, о самолетах и автомобилях, о земной рыбалке и охоте, о том, каково это самому плавать в воде, летать по воздуху, про любовь, про войну, про олимпиады, про границы, про общение на разных языках. Говорили наперебой, махали руками, просили слова, весело толкали друг друга, хохотали при неловких фразах, смеялись над нами и было отчего. Мы онемели!
Здесь появилась богатая событиями, полноценная, трудная и очень интересная жизнь. Время от времени забегали ребятишки за мамашами, приглашая их покататься на Скутти. Мамаши отправляли их назад, им нужны были мы. Нас тут ждали и их женское желание донести свое и выпытать наше работало совсем как у нас на Родине!
Но нам оказалось непросто. Невозможно было успевать за их живостью, справиться с собственной заскорузлостью порожденной бессмысленностью последнего этапа собственной жизни и от шока от увиденного, услышанного после долгого периода прежних разочарований, утомленности и бесконечного пребывания.
«Что не так с вашими людинами?»- удалось вопросить мне в какой-то момент.
«Это были не наши «людины»!»- расхохоталась самая громкая и самая большая дивчина понявшая мой вопрос: «Этих работяг прислали нам Они!
Возможно они и не люди!» Так легковесно и непринужденно вела себя эта гренадёрка, что я не смог в тот момент понять, сознает ли она всю серьезность
ею же поднятой темы или это серьезно только для нас. Люди, нелюди, «Они», никак не могли быть субъектами мимолетного анекдота в человеческой жизни!
"Этот нам нужен!"- проговорил требовательно с непонятным акцентом незнакомый мужик. Он нагло протянул свои руки попробовав забрать Скутти. Мрачная мужская группа среднего возраста окружила нас в центре поселения второй экспедиции. Скутти тут же сложился у серегиных ног в плоский комплект для заезда в пенал.
"Так, граждане, кто тут у вас старший? И, прошу без нервов, держите руки по швам! Блин!"- проговорил Валера ровным внятным голосом. Реакция толпы оказалась неровной. Наглый мужик резковато дернул головой, пытаясь выразить недовольство и несогласие, но остальная братия прижали руки вдоль бедер, а некоторые и вовсе отступили на шаг. Загодя мы с Серёгой демонстративно приподняли тизеры на уровень груди. Этого оказалось достаточно. Командиру нашему не пришлось брать в руки пистолет.
Дерганный индивид невнятно пробурчал нечто, раздвинул своих собратьев и простеньким аллюром, мелкими шагами засеменил в сторону створа пещеры, где ранее располагался ангар роботов. Как только он скрылся в проёме оттуда раздался протяжный сигнал похожий на сирену и его собратья организовано двинулись в том же направлении явно поспешая и мгновенно забыв о нас.
Скутти выправился в рабочую конструкцию не ожидая нашей команды. В отсутствии местных взрослых к нему тут же потянулась детвора игравшая до этого на трех площадках для малолеток обустроенных песочницами, горками, качелями и мостиками. Из домов появились женщины одетые в сарафаны или юбки с легкими блузками, обутые в светлые босоножки. Озабоченные, но с заметным любопытством они потянулись к нам по ходу перекдываясь короткими фразами с тем же удивительным акцентом, которым отметился ранее нервный мужик. В минуты они целиком заполонили открытое пространство вокруг нас. Как настоящий вождь Валера, медленно, как башней, поводил своей головой. Серегин взгляд пристально, как лазер, по очереди вперивался в каждое лицо незнакомых фемин обмеряя и оценивая каждую из них по собственной шкале неубиваемого механника..
Я, а что я!? Я просто офанарел, ибо карандаш мой ничего бы тут не успел начиркать, а смотреть было на что!
"Мы вас давно ждали!"- сказала одна из них приблизившись. "Мама в детстве рассказывала нам о вас и показывала мне на Вторую Луну, говорила, что там ваш корабль!"- поддержала ее еще одна, а другие кивали головками с оживленными и даже возбужденными свежими личиками молодых мамаш выражая согласие и общее
участие. Они осматривали всех троих, но разговаривая обращались только к Валере слегка изгибая свои, чистые шейки назад.
Валера же превратился во внимательный и озадаченный монумент, Серега намертво закусил свой ус и тогда, чтобы придать живости нашему общению вступил я:"Мы пришли к вам с миром!"- это все, что пришло на язык из глубин более чем полуторавекой памяти.
Женщины легко засмеялись, Сергей присоединился к ним со своим "хихихи" и сие также оживило Валеру.
"Блин, да, кто же вы такие? Что тут случилось пока нас не было? Где роботы? Где Михаил, Ольга и остальные? Как вы тут живёте? Знаете ли вы Дашу?"
Молодухи быстро и разом заговорили между собой на непонятном языке, оставляя нам удовольствие наблюдать небывалую здесь доселе взрослую человеческую активность на небесном теле, на планете S23Ultra.
Оживленность женского отряда пробила непомерный градиент для этого внеземного человечества.
Выговорившись, наиболее активная вновь обратилась к Валере, уже на нашем языке:"Приходите в красный дом на чай, там и поговорим!" Она повела рукой и в нашу с Серёгой сторону, давая понять, что приглашение касается и нас с ним.
Скутти же непереставая играл с детьми в догонялки. Один из малышей ухватился за поручень, но не справившись со скоростью, упал. Наш металический механизм угодник закружил вокруг и поняв, что обошлось без травм, прекратил догонялки, а вместо этого стал по очереди катать детей по обширному двору. Зная, что Скутти не устанет и не сломится, мы оставили его детям , а сами последовали за девицами, которые вновь загомонили по пути, к свежему для нас, обширному и угловатому строению цвета красного кирпича возведенного в центре поселения.
Обнажённые женские ножки в юбках легко топоча мелькали в моих глазах, а легкие, стройные фигуры в сарафанах невесомо левитировали над каменной поверхностью поколыхивая свободными покроями на точенных телесах. Фимиам молодых тел, флер привнесенных ароматов голубого лотоса акватического характера на безводной пустоши, шелест лёгких одежд, веяния ярких причёсок и распущенных волос , совершенно расскрепощенный гомон голосов колоритных девичьих тембров, абсолютно реальных и сполна ощущаемых проникли и пошевелили глыбь моей памяти, растопили каменную твердь под моими ступнями, поплыл и горизонт..
От позора спасли крепкие руки верных друзей вовремя подхвативших тело летописца. Они практически донесли и усадили меня за стол между собой укрепив мою позицию своими могучими плечами. Впрочем контроль над телом уже возвратился, а вот поток видений останавливать совсем не хотелось. Вон та молодка с противоположной стороны огромного круглого стола, что распоряжалась расстановкой приборов, со строгим чистым смуглым лицом гречанки и внимательными голубыми глазами ивановской ткачихи, враз оживила картинку из приазовских степей. В шестнадцать (!!!) моих земных лет там проходил городской чемпионат по спортивному ориентированию. В сотне километрах меж Мариуполем/Ждановым и Запорожьем, у скального основания европейской плиты носились мы с компасами и картами наперегонки по ложбинам подсыхающих ручьев, зарослям золотистого ковыля, прыгая по плитам "каменных могил" национального заповедника соперничали со взрослыми заводскими и районными клубами своей школьной командой под опекой азовстальского шефа. Жара и азарт доводили наши бедренные мышцы до тотальных судорог, иссушали горло и лёгкие, случались моменты отчаяния при пропуске контрольных точек. Высоченное донбасское небо над неохватным простором южных прерий вдали от стальных заводских громад и бетонно- кирпичного многоэтажья города, лёгкая кокафония травяных обитателей кузнечиков, цикад, редкий свист сусликов, долгое пение жаворонков в голубой выси, волнение трав, тонкая мелодия легких ветров, победные крики на финише, дробь пионерских барабанов, шум древесных костров, звон котлов, мисок, кружек и, да... там стояла именно такая городская дивчина из заводчан в бордовой блузке плотно удерживающей ее жиночьи телесные наполнения не скрывая при этом красивых рук... наверное тогда мой рот был открыт, а взгляд уперившийся, ибо она поймав его не засмеялась, но деликатно отвела свой, не желая травмировать незрелое, уязвимое и безобидное существо моё.. все же ей был уже твёрдый двадцатник.
Видение то длилось считанные минуты, хотя и на лавках грузовика по обратной дороге удавалось несколько раз рассмотреть и удостовериться, не обманула ли меня ее краса и обаяние.. ни разу не обманула, потому и осталась, как впаяная, в моей нейронной плато долгой памяти. Вечной, как оказалось, ибо реально шёл к концу второй век теперь уже неземной моей жизни.
Роскошная аура накатила и на моих друганов мастодонтов. Уши и щеки этих замшелых хомидов пылали и жар от них доходил до моего, бледного лика с отхлынувшей кровью.
"Ольго или Ольги'но, но вы можете звать меня Олей!"- представилась самая активная, когда стаканы расставили, чайники опростали и ложечки полегли на блюдцах.
"Нас в классах растили на эсперанто и имена при рождении давали тоже на нём, но дома родители говорили на родном языке!"
Мы посмотрели друг на друга и затянули паузу принявшись за чай.
Чай был хорош и это был чай, впрочем, возможно, нам просто хотелось так думать!
Девицы также взялись прихлебывать горячее питие краснея щеками, распушаясь устами и млея глазами! Или так мне это казалось и карандаш мой так мне повиновался.
Хороши они были! Все до одной, хоть и разнились преизрядно.
......
