Влажный воздух, шелест листвы, журчание водного потока, порхание летающих объектов, обилие зелени, цветов, повсюдный свет и куполообразный свод заполненный прозрачными сферами подобными огромным мыльным пузырям, безграничный простор заполненный вегетативными рядами, чередующимися мохнатыми колоннами, висящими многоцветными садами предстали пред нашими очами.
Не сполна очнувшиеся от безударного внутрилифтового грогги, едва подвижные словно сомнамбулы, мы выдвинулись из кабины в сказочное пространство пресыщенное видами живой материи и субстанций обеспечивающих пышность многоклеточного бытия. Наша кожа, дыхательные каналы, пазухи, легкие и сенсоры активно сорбировали влажные ароматы забытого мира, возбуждали внутреннюю энергию, придавали упругость органам, поднимали когнитивность на многопорядковый уровень, а чувственный восторг и вовсе снес нам крышу!
Охреневшие, офанаревшие и обезумившие мы, три реликта, пережившие новейшую историю человечества на Земле почти с самого ее начала, заставшие глобальный мир без войн и последовавшие лавины научных и технологических прорывов занесших нас на S23ultra, стояли с распахнутыми устами и очами, как три хоббита изъятые из каменного, безводного безвремения, контролируемого искусственными, невидимыми властелинами.
"Блин!!!"- очнулся первым Валера.
"Н-да!!!"- прозвучало от Сергея Борисовича.
"Где мой блокнот?"- вопросил я-
"Где Роберто и собратья?"
Мы огляделись. Царство растительности брио-, дендро- и альгофлора пышно и плотно объяли визуально обозримый нами косм, пронзили его корнями, насытили влажные слои псевдогумуса, распустили цветы и соцветия, местами покрылись плодами разностепенной зрелости, а вот знаки присутствия фауны нам на глаза, как бы, не попались. Приписанные нам клоны также не проявляли никаких следов бытия в пределах досягаемости..
Разве вот, примерно несколько земных минут нашего созерцания, в воздухе роились порхающие и зависающие объекты соизмеримые с крупными насекомыми или пернатыми колибри. Атмосфера содержала плуральный гул от движения сих микрообъектов. Они роями носились, как крошечные опыляющие геликоптеры легко меняя направления, скорости передвижения и, выражаясь летной терминологией, хаотично чередуя полетные эшелоны, то бишь сменяя высоты от пригрунтового до под самые сферы в апогее. Опознать или угадать в них знакомые нам организмы не удавалось. Похоже, что скорости перемены событий, пресс изобилия новых впечатлений, какофония звучаний и флюктуации частот не гармонировали с нашей хронической "закостенелой" рассудочностью. Думая, что я такой один повернулся к Серёге. Тот только развел руками. Оба мы поворотились к командиру. Именно в это время колибриподобная летательная птаха влепилась в пухлую Валерину щеку. Рефлекторная самопощечина сплющила бедную малявку, которая упала ему под ноги. Она звякнула об валерин башмак, отскочила в подножный мшанник, часть ее оболочки треснула и в распашном отверстии нам привиделись масса часовых пружин и колесиков.. мшанник тут же поглотил ее тельце, а весь гул в воздухе смолк, бессчетные рои прекратили свое существование. Исчезли. Визуально растворились, анигилировались или погасли подобно неизвестной нам эксквизитной квадромульти галлограмме!
Я бросился к валериному башмаку и ощупал прилегающий мшанник. Безплодно! Отодрав кусок зелёного ягелеподобного материала обнаружил чёрную крупно перфорированную мембрану под которой тонкой плёнкой непрерывно струилась живительная влага.
Ягель пах ягелем.
Серега пошёл вдоль ближайших рядов древесных растений, провел рукой по листве, выбрал яблоневое деревце и сорвал большой "запретный" плод!
Ничего не произошло!
Валера занялся обзервацией высокого свода под которым могли уместиться целые кварталы гонконгских пентхаусов в 60 этажей. Слои прозрачных сфер парили в этой выси мерцая и подсвечивая неяркими разноцветными бликами и всполохами сказочное вместилище искусственного Рая.
Меня привлекли цветущие кактусы в левом отдалении от места нашего пребывания. По ходу к ним мое лицо и дыхательные органы ощутили аридность и жар окружающей атмосферы, которые исчезли на обратном пути. Сорванный лист смородины благоухал в руке, а растертый попросту затмил другие амбре и благовония окружающего великолепия.
Организация пространства была такова, что о его размерах судить нам было невозможно. Я уже упомянул высотки Гонконга в 60 этажей, но дольше всматриваяясь в эту высь начинало казаться, что туда и сто этажей войдут, а то и больше. То же касалось и горизонтальных проекций. Эта равнина уходила от нас под небольшим уклоном, но дальние ряды видимых деревцев, как будто бы поднимались к горизонту! К горизонту!!! Какой тут, к дьяволу, может быть горизонт? Ведь лифт уносил нас в глубинную твердь S23Ultra!
Белизна стены за спиной вероятно равнялось абсолюту в мире цветоведения. Ты ее попросту не видишь пока не коснешься рукой.
Сергей Борисович медленно жевал яблочные дольки, которые тонко нарезал перочинным ножичком завалявшемся в его кармане со времен основания ДВНЦ в земном Владивостоке.
Валера просто топтал псевдо мураву прогуливаясь от одного висячего сада к другому пытаясь раскачать некоторые из них. Я ощупывал стенку в надежде обнаружить щиток с фьюзами, автоматами и рубильником дабы получить хотя бы временный контроль на ограниченной территории над неземной ситуацией.
Хммм, похоже я попал на какую то клавишу, которая отозвалась краткой, но интенсивной пульсацией под ладонью. Момент этой вибрации ударил по всему телу пробуждая даже забытые органы к жизни!
"Уффф!"- я потряс головой.
"Что такое?"- спросил Валера. Серёга тоже повернулся и перестал жевать.
"Не знаю, но думаю сейчас увидим!"- оглядываясь по сторонам был мой ответ.
Не желая нарваться на неуместный оргазм я спрятал свою руку от клавиши подальше за спину.
"Мальчики!"- услышали мы голос Дарьи.
Никто из нас не заметил откуда она возникла со стороны кактусов.. Мы уже видели ее однажды в чёрных, блестящих, высоких сапогах и белой униформе а-ля "мундир Муаммар Каддафи"! Фуражки при этом не было, погоны ей дали поменьше, а на груди у кителя выкроили провокативный распах с гордо выставленными белыми полугрудьями с глубоким клифом!
"Блин, где ты была лет сто назад, нафиг!"- произнес Валера сдержано, но под явным впечатлением. Глаза Серёги блеснули, но он прикрыл их веками для приличия по привычке.
Я писатель, мне нужны были все детали, к тому же меня терзали смутные сомнения.
"Как это? Откуда все это? Где ты постоянно пропадаешь?"- вопросил я пока она вновь не исчезла.
Со строгим ликом серьёзного представителя чего бы то ни было, Даха ответила:"Вас продолжают готовить к миссии! Никто не будет отвечать на ваши вопросы, но дадут, покажут и оформят все необходимое!" Она прошла между нами чопорно развернув плечи, но раскачивая бёдрами, как новоорлеанская чёрная проститутка в квартале Сторивиллл.
Валера, видимо, посчитал это нарушением корабельного протокола поведения на палубе и хорошо хлопнул по большой ягодичной формации Дарьи справа своей пятипалой "лопатой".
Мы в сей момент располагались лицом к лицу с Дахой и я отчётливо зафиксировал мгновение ее вертикально вытянутых зрачков!
"Валерий, примите душ, найдите Абрау Дюрсо, большую плитку гвардейского, я буду ждать вас вечером у себя!"- не потрясенная, сдержанная, как генералисимус, не оборачиваясь ответила дива входя в распахнутый лифт:"Вас заберут следующей кабиной!"- были ее последние слова.
"Ну, Дашка!"- он не успел добавить "блин".
"Валера, это не Дашка!"- перебил я его.
Друзья молча приняли это во внимание. Чудес на сегодня было достаточно и просто захотелось, как следует поесть.
Планета S23ultra
Прошло еще полвека земных.
Мы проснулись
"Оля, нам не нужны сенсации, мы хотим совершить открытие, блин!"- спокойно, как бы, по-отечески, Валера остановил тогда насмешливую активистку воспрявшего сообщества Экспедиции номер два. Это было единственный момент нашего живого общения с ними, когда ушли роботы, а люди стали приходить в себя. Возможно потому то, неведомые силы принудительно перенесли нас тогда через грохочущие подземелья на другую сторону хребта.
Впрочем, нам это было, как говаривал десятилетий внук, "пофиг", и беседовали мы с ней "по приколу". Мы никогда не забудем состояние этих экспедиционных "гениев" в период доминации над ними роботов!
Кажется мы просыпаемся, раз
я вспомнил этот эпизод:
"Просыпаемся!!! Неужели уже прошло полста земных лет?! Какая была эта Ольга на Земле? В красном бикини, на пляже, наверняка, чисто "бомба"! Парни вокруг нее подтягивали животы, спрямляли спины, поднимали подбородки, гормоны разогревались, а она, и это без сомнения, смотрела на самцов сверху и снисходительно!" "Бойцы, кто остался в живых?!"- с эхом громкий голос командира дополнительно подтвердил процесс пробуждения.
" Сейчас, встаем!"- пришёл хрипловатый ответ от Сергей Борисовича и я точно знаю, глаза его ещё оставались закрытыми, а лежал он на спине.
Спустя полчаса места вокруг стола приняли своих сидельцев. Проминая шейные позвонки, помахивая руками, совершив ряд приседаний, осматривая друг друга от макушки до пят мы возвращали себя из полувековой летаргии.
Похудевшие, посвежевшие, в очередной раз помолодевшие, теперь уже двухсотлетние с лёгким головокружением и, очевидным, недоумением входили мы заново все в ту же жизнь!
Память светлела и ее непомерный объём опять начал оказывать непосильное давление:"Зачем это нам? Что нам тут делать?! На кой ляд это здоровье в запертом пространстве, но, возможно, это происходило только со мной!"
"Василь, на тебе лица нет, ты только что был бодрячком с молодецким румянцем?"- командир смотрел на меня озабочено, а вот свежесть его лица никуда не делась. Мы выспались! Обременять друзей своей рефлексией не хотелось.
Смотрю на него, а он, как и Валера свежим огурчиком восседает!
Я:"Да, так, такова доля летописца! Память тяготит и бередит! Честно сказать, трепанация не помешала бы! Вычерпать бы оттуда ложками все нелёгкое прошлое и мы с таким здоровьем могли бы еще за девушками на Земле побегать! Пофлиртовать! Детей зачать, понянчиться, как в первый раз!"
"Н-дас!"- пришло от Сергея Борисовича.
"А почему Ольга? Что не так с Дашкой, блин?!"- это от Валеры.
Я:"Ольга, просто побочный эффект! Она пришла на ум с думами о нашей общей идее, как повернуть время вспять! Правда тут же привиделась в купальнике на морском берегу! Что касаемо Дашки, на ней мой крест по жизни стоит!"
"А могла бы печать! Хихихи!"- это Серёга. Хорошо мы просыпаемся!
"Почему кресто-то, нафиг?"- Валера не успокаивается.
Я:" С Дашкой все просто! Она навсегда в моей памяти косолапая, сутулая, прокуренная и закомплексованная, как мальчик подросток! Все остальное, это неведомые чудеса неземные. Как, впрочем, и у нас с вами! Ты лучше расскажи, что у тебя с Сереной, Сереной Первой произошло?!"
Вот тут, мой читатель, нужна большая пауза!
Прошло еще не одно столетие, живой мой мозг продолжает жить в физрастворе в кунсткамере на васильевском острове и его по-прежнему продолжают терзать сомнения, а стоило ли мне задавать этот вопрос Валере?
Командира тогда замкнуло! Огромные плечи его опустились, веки закрылись, руки на столе сцепились пальцами!
Нам с Серёгой оставалось только созерцать его огромное, монументальное, обездвижевшее тело!
В затянувшейся тишине наши веки тоже потяжелели и сон начал возвращаться!
Ноги потеплели, головы склонились, Серёга даже всхрапнул негромко!
Глубокий вздох Валеры с внятным голосом:"Не сегодня, пацаны!"- затем его весомые шаги по кают-компании, звяканье кофейником вернули нас к жизни, но Валера теперь поменялся и это осталось с ним навсегда.
Отменив Серену, отзавтракав, поикав и почистив зубы, я думал мы вернемся к былой идее о повороте времени вспять и возвращении на Землю именно в то время, из которого мы улетели!
Продвинутые читатели давно поняли, что я в бреду. Попытка вернуться домой из другой галактики приведёт нас назад на миллионы лет постаревшую нашу планету, где океан, возможно, непрерывно парит и пахнет серой, живые организмы сохранились только анаэробной, микроскопической формеI на подземных глубинах в тысячу и более метров. Подготовленных мест пригодных для приземления корабля нет.
Но это, дорогие мои, примитивное, линейное, четырехмерное мышление.
Раз уж мы добрались сюда, нам и дано теперь понять, что мир не так то прост а то, что нам давали из учебников Ландсберга осталось теперь в эпохе, которая только только отошла от удивления, что Земля наша совсем не плоская и не плавает на китах, а висит "ниначём" в открытом космосе.
Мой друган Вилл уже тогда уверял меня, что твёрдой материи не существует, "все это всего лишь микроколебания"! На вопрос:"А колебания чего?" -у него ответа не было.
Когда то сильное удивление пришло с новостями в журнале о "науке и жизни" на скамейке у домика в Посьете о том, что нейтрино пролетает со скоростью света без сопротивления насквозь через всю нашу тектоническую и ядерную твердь и расплав с магмой, а также какой огромный радиус у орбиты электронов относительно ядра атома, но сильнее всего меня ошарашила плоская и тонкая форма Млечного пути, нашей Галактики, которая летит раскрученным светлым блином по Вселенной со скоростью 600 километров в секунду, а края ее болтаются! Вот тогда то и начало приходить озарение о концепции временного вектора, возможного изгиба пространства, а раз так, то и перспективы путешествия по эпохам в любом направлении. Впрочем тут же и агностицизм нарисовался. Озарений может быть сколько угодно, но конкретных знаний у человечества всегда будет очень и очень мало, какими бы открытиями мы его не обогащали. Масштабы и казусность реального Мира остаются абсолютно непомерными для нашего ума и нам остаётся только тешиться теми "великими" открытиями, которые мы совершаем в висинити космического тела предоставленного нам для проживания. Космическая пылинка, таков есть его масштаб и нас там даже не видно".
Сделав эту запись, решил не грузить своих друзей понятием о гравитационнной массе известной нам Вселенной! Им это было сейчас совсем ненужно! Валера включил голограмму с песней "расцветай под солнцем Грузия моя" и между нами во воздухе появились душевные хрипловатые певцы и певички. Растроганный Серега стал внимательно рассматривать их и концертный антураж из эпохи, которую потом более столетия полоскали смурные, панихидные мизантропы. Следом моим друзьям спел Марк Бернес про Одессу и кефали, затем девушка Халид про "девушку из Нагасаки". Я попросил "may be I, may be you", но не в исполнении "скорпионс", а более лиричного Антонио Бандераса. Долго мы слушали разные песни. Позднее, за чаем, вспоминали про маленького принца, старика и море, пьяницу уборщицу из "трех товарищей" Ремарка, хорошо прошлись по фрагментам гайдаевского "Иван Васильевича..", профессора Преображенского с Шариковым и Швондером, но вот Робинзон Крузо зашёл лучше всего. Я им рассказал о второй книге, где Дэфо сделал Робинзона успешным дельцом, потом вдовцом, который попробовал вернуться на остров за своим Пятницей. Там было много приключений на океанах, а вот возвращение в Англию у него получилось по суше из Сингапура, через Китай и Россию с зимовкой у ссыльного князя в Нерчинске. Удивил их, как и сам удивился когда-то, а вот наше проживание на S23ultra в другой галактике нас совсем не удивляло. Надоело, право!
Последнюю чашку пили молча. Спать совсем не хотелось. Последние пятьдесят лет прошли беспробудно!
Что там с Дашкой, с этой Ольгой?
Чем нам тут теперь заниматься?
Потихоньку на поверхность стало подниматься глубинное сознание. Голова стала лёгкой. Нас кто-то здесь ведёт по этой жизни, что-то да произойдёт. Займёмся пока хотя бы живописью, как Андрей Тишанинов когда-то. Вдруг да, получиться!)